|
Ох уж это место под Солнцем! Эпилог. Сентябрь 41 г., подножие ЦиньлинКандидат спешно дописал последнее предложение, закрыл свинцовые веки и снова открыл. Теперь надо цельно перечитать. Он поднес бумагу к глазам. Братья! Родимые! Подпоры крыши дома нашего были подточены "пеплом". Помню наше всеобщее решение, принятое в связи с нависшей над нами угрозой мучительной смерти. Знаю что вы подумаете обо мне. Все знаю! Но прошу вас, ради высшего блага, внемлите ничтожному голосу. Прекратите спасаться от погибели на других планетах - этим вы только заражаете их, но не уходите от беды. Не надо губить другие миры. Не разносите опухоль по Вселенной, а, находясь у крайней черты, не жалея себя, придумывайте и придумывайте противоядие! Это говорит щуп ".." (имя не понято), бравший на пробу звездную систему ".." (название не понято). Как и предполагалось, я обнаружил здесь "ясли", но по моей вине - ибо я предвидел это - из-за занесенного мною "пепла" они погибают. Поэтому я и караю себя за неответственность. Постарайтесь меня понять... и простить. Если такое возможно. - Вот как все оказывается, - пробормотал Кандидат, дочитав до конца. - Чудовищно! - он посмотрел на свои руки. Руки были обычные. Он посмотрел на стену, на пол, на горящую лампу. Все было обычным, привычным и понятным. "Природа жестока!" И совершенно не ко времени он вдруг вспомнил еще один критерий Любоградова: разум способен ошибаться и признавать свои ошибки. Это верно. Уж ошибается-то он постоянно и многократно на протяжении всей жизни. О-ох! Тяжело! Но нет! И я говорю себе: НАДО ЖИТЬ, НАДО БОРОТЬСЯ, НАДО НАДЕЯТЬСЯ. БУДЕМ ВЕРИТЬ В ЖИЗНЬ! ПУСТЬ НАСТУПАЕТ ЗАКАТ, НО МЫ ВСЕ РАВНО ОСТАНЕМСЯ ЛЮДЬМИ. ДО КОНЦА. ДО КОНЦА. 1992 г. |